8 800 100−95−17 — Звонок по России бесплатный, +7 (495) 765−49−21 — Москва
zakaz@mospoleko.ru

ФАНО и Минобрнауки призвали научные организации к развитию

Российская академия наук на недавнем заседании представила подробную оценку почти 500 отечественных научных организаций. Об этом же говорилось и на совместном заседании РАН и ФАНО. Результаты оценивания научных организаций предоставил академик Валерий Рубаков.

В этом списке организации были поделены на три категории. Первая – это лидирующие институты, показавшие хорошую результативность. Во вторую категорию попали те институты, результативность которых заметно ниже, но тоже в целом удовлетворительна. В третьей категории оказались организации, в которых научные исследования не являются основным видом деятельности.

Однако с такой оценкой многие были не согласны. Это были институты, попавшие во вторую категорию. Их представители раскритиковали и комиссию, и само ФАНО. Члены ФАНО, в свою очередь, предложили недовольным научным работникам подать апелляцию. Они пояснили, что изменение оценки будет возможно в том случае, если научная организация покажет хорошую результативность по сравнению с зарубежными институтами, работающими в тех же или сходных сферах.

Но не только это вызвало возмущение учёных. Федеральное агентство научных организаций предложило новые принципы финансирования институтов. Они устанавливают, что увеличение финансирования будет проведено только для тех организаций, которые увеличат количество публикаций в журналах. С этим заявлением категорически не согласилось большинство работников науки, и первыми выступили учёные Математического института. В самом деле, если утвердить данный принцип, то сущность работы научных организаций будет искажена. Вместо того, чтобы проводить серьёзные исследования, на некоторые из которых могут потребоваться серьёзное оборудование (например, суховоздушные термостаты) и десятки лет, институты вынуждены будут в больших количествах поставлять словесный мусор в большое количество журналов, репутация которых не всегда серьёзная. Научная ценность таких публикаций снижается. Математики подписали заявление, в котором потребовали от ФАНО изменить модель финансирования.

Возмущение российских учёных вполне справедливо. В связи с этим стоит напомнить о том, как появился мем «британские учёные». В Великобритании события во многом напоминали то, что предлагают ввести чиновники из ФАНО в России. В то время британское правительство раздавало университетские статусы (университетом теперь мог называться любой второразрядный колледж) и увеличивало финансирование, но всё это в отношении лишь тех организаций, которые достигнут определённого количества публикаций. С тех пор британские учёные, превратившиеся в «британских учёных», активно публикуют абсурдные и несерьёзные статьи в погоне за дополнительными грантами. Та же участь, видимо, ожидает и российскую научную сферу, если в ней утвердится модель, предложенная ФАНО.

Оценивание публикаций и индекс цитирования – критерии, применяемые в мировой научной практике, однако в развитых странах престиж этой методики снижается, поскольку он недостаточно достоверно отражает результаты деятельности научных организаций и отдельных специалистов. Одной из причин этого является то, что множество актуальных на сегодняшний день исследований проводится частными лабораториями, не имеющими права разглашать подробности своей работы. Эти исследования финансируются крупными компаниями, которые используют результаты этих изысканий в своей работе. В западных странах, таким образом, «частная» наука успешно соревнуется с «государственной». В нашей же стране негосударственная наука практически не развивается.

Проверку своих научных организаций провело и Министерство образования и науки. В его ведении находится 46 организаций. Данная проверка была абсолютно аналогична той, которую проделало ФАНО со своими организациями. Стандарты для оценивания унифицированы и едины для всей страны, их разработкой занимается Рособрнадзор. Только из всех организаций Минобрнауки нынешнюю проверку прошли лишь 14: остальные проходили её раньше (оценка производится раз в три года).

Стоит сказать, что данная проверка не затронула вузы, поскольку они выделены в отдельную категорию. Для них существует собственная программа оценивания, и её в 2017 году прошли 769 организаций. Для вузов результативность оценивается по нескольким параметрам; это, например, образовательная активность (средний балл по ЕГЭ), а также научно-исследовательская деятельность.

Какие организации попали в первую, вторую и третью категории?

Вот некоторые организации, распределённые по категориям в результате оценивания результативности.

Первая категория: Научно-исследовательский институт аэрокосмического мониторинга «Аэрокосмос»; Научно-производственный комплекс «Технологический центр»; Центральный научно-исследовательский и опытно-конструкторский институт робототехники и технической кибернетики.

Вторая категория: Федеральный институт развития образования; Научно-исследовательский институт перспективных материалов и технологий.

Третья категория: Научно-исследовательский институт национальных школ Республики Саха (Якутия); Государственный научно-технологический центр «Наука».

Научные организации первой категории имеют право на написание программ развития и получение дополнительного финансирования. При этом программы развития существенно различаются у ФАНО и Минобрнауки.

Организации второй категории также получат программы развития и рекомендации, направленные на улучшение их работы.

А вот большинство организаций третьей категории подлежат ликвидации или реорганизации. Для некоторых в качестве меры воздействия определена замена руководства.

Как видит научное развитие Минобрнауки

В отличие от ФАНО, Министерство образования и науки не стало связывать дополнительное финансирование своих организаций с увеличением публикаций. Оно сформировало более свободный и адекватный принцип, по которому дополнительные средства получат те институты, которые составят успешные программы развития. При этом реализовывать свои возможности научные организации могут разными способами, делая упор не только на количественной, но и на качественной стороне своей работы. Получая деньги, институты не должны сдавать никакой дополнительной отчётности. Так что государственная поддержка научных организаций, относящихся к Минобрнауки, будет проходить без каких-либо бюрократических препон. Об этом заявил Сергей Матвеев – глава Департамента науки и технологий. Каждая организация, заслуживающая добавочного финансирования, получит до 25 процентов от своего основного бюджета; при этом точное количество выделенных средств будет зависеть от уровня развития организации за последние несколько лет.

Что касается организаций, попавших в третью категорию, то радикальное устранение их в целом не планируется. Их планируется реорганизовать, у каких-то поменяют руководство. Ряд организаций из третьей категории тоже получит поддержку, тогда они смогут повысить свою результативность.

Учёные и чиновники

В своём негодовании решением ФАНО учёные не забывают, что Федеральное агентство научных организаций – это всё-таки правительственная структура, ограниченная в своих возможностях. Однако они настаивают, что те полномочия, которыми она обладает, не должны идти во вред российской науке, а обязаны лишь ей содействовать. Впрочем, среди научных работников распространено убеждение, что ФАНО – это организация, настоящая цель создания которой сводится к обогащению чиновников, даже ценой развала научной сферы страны. Об этом говорит и деятельность этой недавно созданной структуры, и изобилие бюрократизма и коррупции в ней, в том числе по сравнению с Министерством образования и науки, тоже отнюдь не идеальным. А главное – в Федеральном агентстве научных организаций не заседает ни одного человека, имеющего какое-либо отношение к науке; все её члены – либо номенклатурные работники, либо финансисты. Эти люди слабо представляют себе, как осуществляется научная деятельность и какие реальные проблемы имеются в научной и образовательной областях.

Как бы то ни было, деятельность ФАНО существенно не улучшает положение подведомственной ему Российской академии наук. А положение это довольно незавидное, ведь за последние годы научная активность РАН существенно снизилась. Впрочем, проблем у государственной российской науки всегда хватало. Здесь можно вспомнить печальный опыт создания альтернативной научной организации – негосударственной РАЕН. Она появилась в начале девяностых как вполне научная структура, состоящая из серьёзных специалистов её истоков стоял, в частности, советский минералог и геохимик Дмитрий Минеев), но очень быстро скатилась на самое маргинальное дно, наполнившись адептами лженауки, мистики и нездоровых сенсаций. Видимо, это произошло от отсутствия опыта по созданию негосударственных организаций подобного рода. Сегодня РАЕН практически не имеет отношения к настоящей науке.

В целом, по всей видимости, ближайшее будущее отечественной науки можно назвать неопределённым. Российская интеллектуальная сфера будет продолжать всецело зависеть от решений государственных чиновников. Более адекватная политика министерств и ведомств, конечно, способна поддержать науку, однако не стоит надеяться на порядочность и чистоплотность всех людей, облечённых властью. В конце концов, полноценное развитие научно-технической сферы лежит далеко за пределами нынешних предпочтений нашей правящей элиты. О каком-то поступательном развитии будет смысл говорить лишь тогда, когда наука перестанет быть «государственным придатком» и обретёт определённую независимость от властных структур.

65
30.03.2018 г.
8 800 100−95−17 - Звонок по России бесплатный, +7 (495) 765−49−21 - Москва
zakaz@mospoleko.ru
TOP